НАШИ БУДНИ.

ДЕТСКАЯ СТУДИЯ "СОЛНЕЧНЫЙ РЕБЁНОК" ОБЪЯВЛЯЕТ НАБОР ДЕТЕЙ ОТ 1,5 ЛЕТ ДО 7 ЛЕТ, НА ЗАНЯТИЯ ПО ОБУЧЕНИЮ:

- ГРАМОТЕ

- МАТЕМАТИКЕ

- АНГЛИЙСКИЙ, ФРАНЦУЗКИЙ ЯЗЫКИ

- ЖИВОПИСЬ

- ТЕАТРАЛИЗАЦИЯ

ЗВОНКИ ПРИНИМАЮТСЯ КАЖДЫЙ ДЕНЬ С 9 ДО 20 ЧАСОВ . БУДЕМ РАДЫ ВИДЕТЬ ВАС ПО АДРЕСУ: Г. ТОЛЬЯТТИ, ЦЕНТРАЛЬНЫЙ РАЙОН, УЛ. ПОБЕДЫ,Д.35

 *

С праздником!

Провисли снегом небеса,
Мы ждём, что в полночь чудеса
Начнут случаться, как в волшебной сказке.

Осталось несколько минут –
Год Старый свой окончит путь,
А Новый закружит нас в новой пляске!

… Уходит год, приходит год,
И снова празднует народ –
Мы отмечаем года Нового рожденье!
В ноль-ноль часов всего на миг
Раздастся звон, раздастся крик –
А что потом? Какое продолженье?

Мы загадаем в этот час,
Чтоб жизнь порадовала нас –
Не изысками, а лишь добром и миром,
И чтоб теплом согрела всех,
И чтоб был слышен детский смех!

Давайте верить в чудеса –
Ну, хоть на миг, на полчаса! –
Ведь в этом – счастье! Счастье окрыляет!
Под звон курантов над страной
Мы продолжаем путь земной,
И пусть исполнится, что каждый загадает!

За ночью следует рассвет,
А там и день в свои объятья примет.
И побегут за днями дни, –
Мы все для счастья рождены!

Контакты

25-14-32
open.64@mail.ru

Самарская область, г. Тольятти, ул. Победы 35
Открыть контакты

Валентина Осеева

Бабка была тучная, широкая, с мягким, певучим голосом. В старой вязаной кофте, с подоткнутой за пояс юбкой расхаживала она по комнатам, неожиданно появляясь перед глазами как большая тень.

- Всю квартиру собой заполонила!.. - ворчал Борькин отец.

А мать робко возражала ему:

- Старый человек... Куда же ей деться?

- Зажилась на свете... - вздыхал отец. - В инвалидном доме ей место вот где!

Все в доме, не исключая и Борьки, смотрели на бабку как на совершенно лишнего человека.

* * *

Бабка спала на сундуке. Всю ночь она тяжело ворочалась с боку на бок, а утром вставала раньше всех и гремела в кухне посудой. Потом будила зятя и дочь:

- Самовар поспел. Вставайте! Попейте горяченького-то на дорожку...

Подходила к Борьке:

- Вставай, батюшка мой, в школу пора!

- Зачем? - сонным голосом спрашивал Борька.

- В школу зачем? Темный человек глух и нем - вот зачем!

Борька прятал голову под одеяло:

- Иди ты, бабка...

- Я-то пойду, да мне не к спеху, а вот тебе к спеху.

- Мама! - кричал Борька. - Чего она тут гудит над ухом, как шмель?

- Боря, вставай! - стучал в стенку отец. - А вы, мать, отойдите от него, не надоедайте с утра.

Но бабка не уходила. Она натягивала на Борьку чулки, фуфайку. Грузным телом колыхалась перед его кроватью, мягко шлепала туфлями по комнатам, гремела тазом и все что-то приговаривала.

В сенях отец шаркал веником.

- А куда вы, мать, галоши дели? Каждый раз во все углы тыкаешься из-за них!

Бабка торопилась к нему на помощь.

- Да вот они, Петруша, на самом виду. Вчерась уж очень грязны были, я их обмыла и поставила.

Отец хлопал дверью. За ним торопливо выбегал Борька. На лестнице бабка совала ему в сумку яблоко или конфету, а в карман чистый носовой платок.

- Да ну тебя! - отмахивался Борька. - Раньше не могла дать! Опоздаю вот...

Потом уходила на работу мать. Она оставляла бабке продукты и уговаривала её не тратить лишнего:

- Поэкономней, мама. Петя и так сердится: у него ведь четыре рта на шее.

- Чей Род - того и рот, - вздыхала бабка.

- Да я не о вас говорю! - смягчалась дочь. - Вообще расходы большие... Поаккуратнее, мама, с жирами. Боре пожирней, Пете пожирней...

Потом сыпались на бабку другие наставления. Бабка принимала их молча, без возражений.

Когда дочь уходила, она начинала хозяйничать. Чистила, мыла, варила, потом вынимала из сундука спицы и вязала. Спицы двигались в бабкиных пальцах то быстро, то медленно - по ходу ее мыслей. Иногда совсем останавливались, падали на колени, и бабка качала головой:

- Так-то, голубчики мои... Не просто, не просто жить на свете!

Приходил из школы Борька, сбрасывал на руки бабке пальто и шапку, швырял на стул сумку с книгами и кричал:

- Бабка, поесть!

Бабка прятала вязанье, торопливо накрывала на стол и, скрестив на животе руки, следила, как Борька ест. В эти часы как-то невольно Борька чувствовал бабку своим, близким человеком. Он охотно рассказывал ей об уроках, товарищах.

Бабка слушала его любовно, с большим вниманием, приговаривая:

- Все хорошо, Борюшка: и плохое и хорошее хорошо. От плохого человек крепче делается, от хорошего душа у него зацветает.

Иногда Борька жаловался на родителей:

- Обещал отец портфель. Все пятиклассники с портфелями ходят!

Бабка обещала поговорить с матерью и выговаривала Борьке портфель.

Наевшись, Борька отодвигал от себя тарелку:

- Вкусный кисель сегодня! Ты ела, бабка?

- Ела, ела, - кивала головой бабка. - Не заботься обо мне, Борюшка, я, спасибо, сыта и здрава.

Потом вдруг, глядя на Борьку выцветшими глазами, долго жевала она беззубым ртом какие-то слова. Щеки её покрывались рябью, и голос понижался до шепота:

- Вырастешь, Борюшка, не бросай мать, заботься о матери. Старое что малое. В старину говаривали: трудней всего три вещи в жизни - богу молиться, долги платить да родителей кормить. Так-то, Борюшка, голубчик!

- Я мать не брошу. Это в старину, может, такие люди были, а я не такой!

- Вот и хорошо, Борюшка! Будешь поить-кормить да подавать с ласкою? А уж бабка твоя на это с того света радоваться будет.

После Обеда, если Борька оставался дома, бабка подавала ему газету и, присаживаясь рядом, просила:

- Почитай что-нибудь из газеты, Борюшка: кто живет, а кто мается на белом свете.

- "Почитай"! - ворчал Борька. - Сама не маленькая!

- Да что ж, коли не умею я.

Борька засовывал руки в карманы и становился похожим на отца.

- Ленишься! Сколько я тебя учил? Давай тетрадку!

Бабка доставала из сундука тетрадку, карандаш, очки.

- Да зачем тебе очки? Все равно ты буквы не знаешь.

- Все как-то явственней в них, Борюшка.

Начинался урок. Бабка старательно выводила буквы: "ш" и "т" не давались ей никак.

- Опять лишнюю палку приставила! - сердился Борька.

- Ох! - пугалась бабка. - Не сосчитаю никак.

- Хорошо, ты при Советской власти живешь, а то в царское время знаешь как тебя драли бы за это? Мое почтение!

- Верно, верно, Борюшка. Бог - судья, солдат - свидетель. Жаловаться было некому.

Со двора доносился визг ребят.

- Давай пальто, бабка, скорей, некогда мне!

Бабка опять оставалась одна. Поправив на носу очки, она осторожно развертывала газету, подходила к окну и долго, мучительно вглядывалась в черные строки. Буквы, как жучки, то расползались перед глазами, то, натыкаясь друг на дружку, сбивались в кучу. Неожиданно выпрыгивала откуда-то знакомая трудная буква. Бабка поспешно зажимала ее толстым пальцем и торопилась к столу.

- Три палки... три палки... - радовалась она.

* * *

Досаждали бабке забавы внука. То летали по комнате белые, как голуби, вырезанные из бумаги самолеты. Описав под потолком круг, они застревали в масленке, падали на бабкину голову. То являлся Борька с новой игрой - в "чеканочку". Завязав в тряпочку пятак, он бешено прыгал по комнате, подбрасывая его ногой. При этом, охваченный азартом игры, он натыкался на все окружающие предметы. А бабка бегала за ним и растерянно повторяла:

- Батюшки, батюшки... Да что же это за игра такая? Да ведь ты все в доме переколотишь!

- Бабка, не мешай! - задыхался Борька.

- Да ногами-то зачем, голубчик? Руками-то безопасней ведь.

- Отстань, бабка! Что ты понимаешь? Ногами надо.

* * *

Пришел к Борьке товарищ. Товарищ сказал:

- Здравствуйте, бабушка!

Борька весело подтолкнул его локтем:

- Идем, идем! Можешь с ней не здороваться. Она у нас старая старушенция.

Бабка одернула кофту, поправила платок и тихо пошевелила губами:

- Обидеть - что ударить, приласкать - надо слова искать.

А в соседней комнате товарищ говорил Борьке:

- А с нашей бабушкой всегда здороваются. И свои, и чужие. Она у нас главная.

- Как это - главная? - заинтересовался Борька.

- Ну, старенькая... всех вырастила. Её нельзя обижать. А что же ты со своей-то так? Смотри, отец взгреет за это.

- Не взгреет! - нахмурился Борька. - Он сам с ней не здоровается.

Товарищ покачал головой.

- Чудно! Теперь старых все уважают. Советская власть знаешь как за них заступается! Вот у одних в нашем дворе старичку плохо жилось, так ему теперь они платят. Суд постановил. А стыдно-то как перед всеми, жуть!

- Да мы свою бабку не обижаем, - покраснел Борька. - Она у нас... сыта и здрава.

Прощаясь с товарищем, Борька задержал его у дверей.

- Бабка, - нетерпеливо крикнул он, - иди сюда!

- Иду, иду! - заковыляла из кухни бабка.

- Вот, - сказал товарищу Борька, - попрощайся с моей бабушкой.

После этого разговора Борька часто ни с того ни с сего спрашивал бабку:

- Обижаем мы тебя?

А родителям говорил:

- Наша бабка лучше всех, а живет хуже всех - никто о ней не заботится.

Мать удивлялась, а отец сердился:

- Кто это тебя научил родителей осуждать? Смотри у меня - мал ещё!

И, разволновавшись, набрасывался на бабку:

- Вы, что ли, мамаша, ребёнка учите? Если недовольны нами, могли бы сами сказать.

Бабка, мягко улыбаясь, качала головой:

- Не я учу - жизнь учит. А вам бы, глупые, радоваться надо. Для вас сын растёт! Я свое отжила на свете, а ваша старость впереди. Что убьёте, то не вернёте.

* * *

Перед праздником возилась бабка до полуночи в кухне. Гладила, чистила, пекла. Утром поздравляла домашних, подавала чистое глаженое белье, дарила носки, шарфы, платочки.

Отец, примеряя носки, кряхтел от удовольствия:

- Угодили вы мне, мамаша! Очень хорошо, спасибо вам, мамаша!

Борька удивлялся:

- Когда это ты навязала, бабка? Ведь у тебя глаза старые - еще ослепнешь!

Бабка улыбалась морщинистым лицом.

Около носа у неё была большая бородавка. Борьку эта бородавка забавляла.

- Какой петух тебя клюнул? - смеялся он.

- Да вот выросла, что поделаешь!

Борьку вообще интересовало бабкино лицо.

Были на этом лице разные морщины: глубокие, мелкие, тонкие, как ниточки, и широкие, вырытые годами.

- Чего это ты такая разрисованная? Старая очень? - спрашивал он.

Бабка задумывалась.

- По морщинам, голубчик, жизнь человеческую, как по книге, можно читать.

- Как же это? Маршрут, что ли?

- Какой маршрут? Просто горе и нужда здесь расписались. Детей хоронила, плакала - ложились на лицо морщины. Нужду терпела, билась - опять морщины. Мужа на войне убили - много слез было, много и морщин осталось. Большой дождь и тот в земле ямки роет.

Слушал Борька и со страхом глядел в зеркало: мало ли он поревел в своей жизни - неужели все лицо такими нитками затянется?

- Иди ты, бабка! - ворчал он. - Наговоришь всегда глупостей...

* * *

Когда в доме бывали гости, наряжалась бабка в чистую ситцевую кофту, белую с красными полосками, и чинно сидела за столом. При этом следила она в оба глаза за Борькой, а тот, делая ей гримасы, таскал со стола конфеты.

У бабки лицо покрывалось пятнами, но сказать при гостях она не могла.

Подавали на стол дочь и зять и делали вид, что мамаша занимает в доме почетное место, чтобы люди плохого не сказали. Зато после ухода гостей бабке доставалось за все: и за почётное место, и за Борькины конфеты.

- Я вам, мамаша, не мальчик, чтобы за столом подавать, - сердился Борькин отец.

- И если уж сидите, мамаша, сложа руки, то хоть за мальчишкой приглядели бы: ведь все конфеты потаскал! - добавляла мать.

- Да что же я с ним сделаю-то, милые мои, когда он при гостях вольным делается? Что спил, что съел - царь коленом не выдавит, - плакалась бабка.

В Борьке шевелилось раздражение против родителей, и он думал про себя: "Вот будете старыми, я вам покажу тогда!"

* * *

Была у бабки заветная шкатулка с двумя замками; никто из домашних не интересовался этой шкатулкой. И дочь и зять хорошо знали, что денег у бабки нет. Прятала в ней бабка какие-то вещицы "на смерть". Борьку одолевало любопытство.

- Что у тебя там, бабка?

- Вот помру - всё ваше будет! - сердилась она. - Оставь ты меня в покое, не лезу я к твоим-то вещам!

Раз Борька застал бабку спящей в кресле. Он открыл сундук, взял шкатулку и заперся в своей комнате. Бабка проснулась, увидала открытый сундук, охнула и припала к двери.

Борька дразнился, гремя замками:

- Все равно открою!..

Бабка заплакала, отошла в свой угол, легла на сундук.

Тогда Борька испугался, открыл дверь, бросил ей шкатулку и убежал.

- Все равно возьму у тебя, мне как раз такая нужна, - дразнился он потом.

* * *

За последнее время бабка вдруг сгорбилась, спина у неё стала круглая, ходила она тише и все присаживалась.

- В землю врастает, - шутил отец.

- Не смейся ты над старым человеком, - обижалась мать.

А бабке в кухне говорила:

- Что это вы, мама, как черепаха, по комнате двигаетесь? Пошлешь вас за чем-нибудь и назад не дождешься.

* * *

Умерла бабка перед майским праздником. Умерла одна, сидя в кресле с вязаньем в руках: лежал на коленях недоконченный носок, на полу - клубок ниток. Ждала, видно, Борьку. Стоял на столе готовый прибор. Но обедать Борька не стал. Он долго глядел на мертвую бабку и вдруг опрометью бросился из комнаты. Бегал по улицам и боялся вернуться домой. А когда осторожно открыл дверь, отец и мать были уже дома.

Бабка, наряженная, как для гостей, - в белой кофте с красными полосками, лежала на столе. Мать плакала, а отец вполголоса утешал её:

- Что же делать? Пожила, и довольно. Мы её не обижали, терпели и неудобства и расход.

* * *

В комнату набились соседи. Борька стоял у бабки в ногах и с любопытством рассматривал её. Лицо у бабки было обыкновенное, только бородавка побелела, а морщин стало меньше.

Ночью Борьке было страшно: он боялся, что бабка слезет со стола и подойдет к его постели. "Хоть бы унесли её скорее!" - думал он.

На другой день бабку схоронили. Когда шли на кладбище, Борька безпокоился, что уронят гроб, а когда заглянул в глубокую яму, то поспешно спрятался за спину отца.

Домой шли медленно. Провожали соседи. Борька забежал вперед, открыл свою дверь и на цыпочках прошел мимо бабкиного кресла. Тяжелый сундук, обитый железом, выпирал на середину комнаты; теплое лоскутное одеяло и подушка были сложены в углу.

Борька постоял у окна, поковырял пальцем прошлогоднюю замазку и открыл дверь в кухню. Под умывальником отец, засучив рукава, мыл галоши; вода затекала на подкладку, брызгала на стены. Мать гремела посудой. Борька вышел на лестницу, сел на перила и съехал вниз.

Вернувшись со двора, он застал мать сидящей перед раскрытым сундуком. На полу была свалена всякая рухлядь. Пахло залежавшимися вещами.

Мать вынула смятый рыжий башмачок и осторожно расправила его пальцами.

- Мой ещё, - сказала она и низко наклонилась над сундуком. - Мой...

На самом дне загремела шкатулка. Борька присел на корточки. Отец потрепал его по плечу:

- Ну что же, наследник, разбогатеем сейчас!

Борька искоса взглянул на него.

- Без ключей не открыть, - сказал он и отвернулся.

Ключей долго не могли найти: они были спрятаны в кармане бабкиной кофты. Когда отец встряхнул кофту и ключи со звоном упали на пол, у Борьки отчего-то сжалось сердце.

Шкатулку открыли. Отец вынул тугой сверток: в нем были теплые варежки для Борьки, носки для зятя и безрукавка для дочери. За ними следовала вышитая рубашка из старинного выцветшего шелка - тоже для Борьки. В самом углу лежал пакетик с леденцами, перевязанный красной ленточкой. На пакетике что-то было написано большими печатными буквами. Отец повертел его в руках, прищурился и громко прочел:

- "Внуку моему Борюшке".

Борька вдруг побледнел, вырвал у него пакет и убежал на улицу. Там, присев у чужих ворот, долго вглядывался он в бабкины каракули: "Внуку моему Борюшке".

В букве "ш" было четыре палочки.

"Не научилась!" - подумал Борька. И вдруг, как живая, встала перед ним бабка - тихая, виноватая, не выучившая урока.

Борька растерянно оглянулся на свой дом и, зажав в руке пакетик, побрел по улице вдоль чужого длинного забора...

Домой он пришел поздно вечером; глаза у него распухли от слез, к коленкам пристала свежая глина.

Бабкин пакетик он положил к себе под подушку и, закрывшись с головой одеялом, подумал: "Не придет утром бабка!"


Количество просмотров: Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

Далее: Андрейка* Предыдущее: Рыжий кот*

Посмотреть раздел Валентина Осеева целиком

Есть вопрос или комментарий?..


Ваше имя Электронная почта
Получать почтовые уведомления об ответах:

| Примечание. Сообщение появится на сайте после проверки модератором.

Смотрите также:

Micro_barto_loshadka
Стихи детям
Вера Инбер, Агния Барто, Про семью, и другая информация.
Micro_0b0d35266dc676894da6bb995b3942f4
Сказки
Подразделы: Русские Народные (20), Г. Х. Андерсен (9).
Micro_permyak
Евгений Пермяк
Евгений Андреевич Виссов (1902-1982) родился в Перми, чем и объясняется смена его настоящей фамилии на псевдоним Пермяк....
Micro_imga360
Школьникам
Сюда выкладываются наши любимые детские книги, о которых остались приятные воспоминания и которые сейчас практически не переиздаются. Может кто-то их помнит и ищет....
Micro_nosov_n_n
Николай Носов
Советский писатель, Виктор Носов в литературу пришёл случайно: родился сын, и нужно было рассказывать ему всё новые и новые сказки, забавные рассказы для него и его приятелей....
Micro_6126751
Родителям
Micro_200
Михаил Пришвин
Многие родители серьёзно и трепетно относятся к выбору детских книг, которые должны пробуждать самые тёплые чувства в нежной детской Душе....

В ПУТЬ!

Друзья! 

Мы не смогли осуществить поездку на Серное озеро по погодным причинам.   Интереснейшее место, которое хранит в себе загадки. Мы пригласим вас поехать вместе с нами, чтобы постараться разгадать ещё одну загадку  Самарской Луки, как только установится хорошая погода.      До встречи.


Семейный клуб.

По воскресеньям, в 15-30 приглашаем на писанку.  Для письма понадобятся 2-3 сырых яйца, тряпичная салфетка, туалетная бумага, свеча, воск и писачёк у кого есть.

18 февраля в 15-00 встреча по геополитике.

Местное время

Рассылка новостей